НОВОСТИ УКРАИНСКОЙ ПСИХИАТРИИ
Более 1000 полнотекстовых научных публикаций
Клиническая психиатрияНаркологияПсихофармакотерапияПсихотерапияСексологияСудебная психиатрияДетская психиатрияМедицинская психология

ПРОТИВОРЕЦИДИВНАЯ АКТИВНОСТЬ И ПРОФИЛЬ БЕЗОПАСНОСТИ РИДАЗИНА У БОЛЬНЫХ АЛКОГОЛЬНОЙ ЗАВИСИМОСТЬЮ

А. И. Минко, И. В. Линский

* Публикуется по изданию:
Минко А. И., Линский И. В. Противорецидивная активность и профиль безопасности ридазина у больных алкогольной зависимостью // Український вісник психоневрології. — 2006. — Т. 14, вип. 3. — С. 10–13.

Хронический, с высокой вероятностью рецидива характер течения алкогольной зависимости обусловливает необходимость проведения долговременного поддерживающего лечения для предупреждения возможного обострения патологического влечения к алкоголю (ПВА) и коррекции эмоционального состояния [1–6]. Наш предыдущий опыт [7] показал целесообразность и безопасность использования ридазина как для коррекции эмоциональных расстройств, так и подавления патологического влечения к алкоголю. Проведение настоящего исследования обусловлено необходимостью уточнения профиля безопасности, характера и частоты побочных действий препарата в условиях проведения поддерживающего противорецидивного лечения [8].

Цель исследования — оценка противорецидивной активности и безопасности препарата ридазин (тиоридазина гидрохлорид, таблетки, 10 мг) в терапии пациентов с алкогольной зависимостью.

Обследовано и пролечено с применением ридазина 150 мужчин с синдромом зависимости от алкоголя (основная группа). Ридазин назначался амбулаторно в качестве поддерживающего средства для купирования обострений и предупреждения возникновения патологического влечения к алкоголю после проведения полного курса противоалкогольного лечения в стационаре. Суточная доза составила 30 мг в 3 приёма (по 10 мг) на протяжении 60 дней. Обследование проводилось в 1-й, 10-й, 30-й, 45-й и 60-й дни лечения и включало: расспрос, физикальное обследование, а также снятие электрокардиограммы (ЭКГ) в стандартных отведениях. Помимо обследования при каждом визите больного осуществлялась короткая лечебная интервенция в виде сеанса рациональной психотерапии длительностью 30–40 минут.

Для сравнительной оценки противорецидивной активности ридазина использовались результаты ранее проведённого исследования 30 зависимых от алкоголя мужчин сопоставимого возраста, которые на протяжении двух месяцев трижды (1-й, 30-й и 60-й день) подвергались лечебным интервенциям также в виде сеансов рациональной психотерапии длительностью 30–40 минут, но без какой-либо фармакотерапии (группа сравнения).

В исследование включали пациентов с синдром зависимости от алкоголя (шифр F10.2 по МКБ-10), у которых наблюдались патологическое влечение к алкоголю, утрата количественного контроля при употреблении спиртных напитков, сформированный синдром отмены, повышенная толерантность к алкоголю, анозогнозия, отсутствие альтернативных (по отношению к алкоголизации) интересов, семейная дисфункциональность и профессиональное снижение.

Из исследования исключали пациентов с суицидальными намерениями, хроническими соматическими заболеваниями, прежде всего, сердечно-сосудистой системы, и сопутствующими психическими расстройствами.

Возраст больных клинической группы на момент обследования составлял от 16 лет до 71 года (в среднем 38,93±0,90 лет), а возраст начала систематической алкоголизации — от 15 до 40 лет (в среднем 23,32±0,56 лет). При этом длительность заболевания на момент обследования колебалась в пределах от 3 до 40 лет (в среднем 13,43±0,66 лет). Распределения больных по возрасту и длительности заболевания на момент обследования представлены на рисунках 1 «А» и 1 «Б».

Распределение больных с алкогольной зависимостью по возрасту на момент
обследования Распределение больных с алкогольной зависимостью по длительности
заболевания на момент обследования
А Б

Рис. 1. Распределение больных с алкогольной зависимостью по возрасту (А) и длительности заболевания (Б) на момент обследования

В качестве мишени терапевтического вмешательства был избран стержневой синдром зависимости — патологическое влечение к алкоголю, оценка выраженности которого осуществлялась с помощью глоссария Н. В. Чередниченко–В. Б. Альтшулера [9].

Противорецидивная активность ридазина в сочетании с короткими психотерапевтическими интервенциями, оцененная методом Каплан–Мейера, представлена на рис. 2.

Противорецидивный эффект ридазина и коротких лечебных интервенций в виде
рациональной психотерапии по сравнению с аналогичными лечебными интервенциями
без фармакотерапии при алкогольной зависимости (метод Каплан–Мейера)

Рис. 2. Противорецидивный эффект ридазина и коротких лечебных интервенций в виде рациональной психотерапии по сравнению с аналогичными лечебными интервенциями без фармакотерапии при алкогольной зависимости (метод Каплан–Мейера)

Условные обозначения:
* — различия с клинической группой достоверны (p < 0,05)

Хорошо заметно, что ридазин обладает существенной противорецидивной активностью у больных с алкогольной зависимостью. Начиная с 3-го визита (30 день наблюдения) количество пациентов, продолжавших воздерживаться от употребления алкоголя, в группе получавших ридазин и психотерапию было достоверно больше, чем в контрольной группе. Всего к моменту окончания периода наблюдения в группе получавших ридазин, пациентов воздерживающихся от употребления алкоголя осталось 119 человек (из 150 взятых под наблюдение) или 79,3%, а в группе сравнения — 14 человек (из 30 взятых под наблюдение) или 46,7%. Такая противорецидивная активность ридазина объясняется его способностью влиять на патологическое влечение к алкоголю. Динамика различных компонентов патологического влечения к алкоголю на протяжении лечения ридазином представлена на рис. 3 и в табл. 1.

Динамика аффективного компонента ПВА на протяжении лечения в основной
группе и группе сравнения Динамика вегетативного компонента ПВА на протяжении лечения в основной
группе и группе сравнения
А Б
Динамика идеаторного компонента ПВА на протяжении лечения в основной
группе и группе сравнения Динамика поведенческого компонента ПВА на протяжении лечения в
основной группе и группе сравнения
В Г

Рис. 3. Динамика аффективного (А), вегетативного (Б), идеаторного (В) и поведенческого (Г) компонентов ПВА на протяжении лечения в основной группе и группе сравнения

Условные обозначения:
* — размер группы уменьшился к окончанию периода наблюдения;
** — различия с группой получавших ридазин достоверны (p < 0,05)

Таблица 1

Динамика патологического влечения к алкоголю (ПВА) и отдельных его компонентов на протяжении лечения у больных, получавших ридазин (основная группа) и в группе сравнения

Компоненты ПВА Составляющие компонентов ПВА Динамика ПВА на протяжении лечения (в баллах)
1-й визит (1-й день) 2-й визит (10-й день) 3-й визит (30-й день) 4-й визит (45-й день) 5-й визит (60-й день)
Основная группа — группа пациентов, получавших ридазин, n = 150 (119)***
Аффективный компонент Субдепрессия 1,42±0,04 0,84±0,05* 0,60±0,04* 0,33±0,04* 0,28±0,04
Тревога 1,78±0,07 0,81±0,06* 0,56±0,04* 0,32±0,04* 0,26±0,04
Эмоциональная лабильность 0,79±0,04 0,35±0,04* 0,22±0,04 0,16±0,03 0,13±0,03
Дисфория 0,86±0,06 0,22±0,04* 0,00±0,00* 0,00±0,00 0,00±0,00
Аффективный в целом 4,85±0,12 2,22±0,15* 1,38±0,07* 0,80±0,07* 0,66±0,07
Вегетативный компонент Сновидения 1,11±0,08 0,59±0,06* 0,44±0,04 0,27±0,04 0,21±0,04
Мимические реакции 0,74±0,04 0,21±0,03* 0,06±0,02* 0,03±0,02 0,02±0,01
Изменения аппетита 1,01±0,06 0,24±0,05* 0,00±0,00* 0,00±0,00 0,00±0,00
Вегетативный в целом 2,86±0,10 1,05±0,10* 0,50±0,04* 0,30±0,04* 0,23±0,04
Идеаторный компонент Относительно алкоголя 1,75±0,05 0,66±0,06* 0,34±0,04* 0,26±0,04 0,20±0,04
Относительно лечения 1,01±0,06 0,26±0,05* 0,00±0,00* 0,00±0,00 0,00±0,00
Идеаторный в целом 2,76±0,09 0,91±0,10* 0,34±0,04* 0,26±0,04 0,20±0,04
Поведенческий компонент 0,90±0,06 0,23±0,05* 0,00±0,00* 0,00±0,00
ПВА в целом 11,37±0,21 4,41±0,34* 2,22±0,10* 1,37±0,09*
Группа сравнения, n = 30 (14)***
Аффективный компонент Субдепрессия 1,33±0,09 0,80±0,16 0,21±0,11
Тревога 1,63±0,15 0,95±0,15** 0,29±0,13
Эмоциональная лабильность 0,80±0,10 0,35±0,11 0,21±0,11
Дисфория 0,77±0,11 0,20±0,09** 0,00±0,00
Аффективный в целом 4,53±0,22 2,30±0,40** 0,71±0,22
Вегетативный компонент Сновидения 0,93±0,17 0,35±0,11 0,21±0,11
Мимические реакции 0,77±0,08 0,25±0,10 0,07±0,07
Изменения аппетита 1,10±0,14 0,35±0,15** 0,00±0,00
Вегетативный в целом 2,80±0,22 0,95±0,22 0,29±0,13
Идеаторный компонент Относительно алкоголя 1,83±0,10 0,60±0,18 0,21±0,11
Относительно лечения 1,30±0,11 0,40±0,15** 0,00±0,00
Идеаторный в целом 3,13±0,16 1,00±0,32 0,21±0,11
Поведенческий компонент 1,00±0,12 0,25±0,10**
ПВА в целом 11,47±0,45 4,50±0,97**

Условные обозначения:
* — разница с предыдущим визитом достоверна (p < 0,05);
** — различия с группой получавших ридазин, достоверны (p < 0,05);
*** — размер группы уменьшился к окончанию периода наблюдения.

Ридазин оказывает влияние практически на все компоненты ПВА (аффективный, вегетативный, идеаторный и поведенческий). Этот эффект особенно заметен на протяжении первого месяца амбулаторного наблюдения, что подтверждается достоверными различиями с контрольной группой на 30-й день наблюдения. Это обстоятельство представляется особенно важным в свете того, что именно первый месяц прекращения алкоголизации особенно опасен в плане рецидивов (период «неустойчивого равновесия» по образному выражению профессора И. Н. Пятницкой).

В дальнейшем (на 60-й день наблюдения) разница в эффективности ридазина в сочетании с психотерапией, по сравнению с чистой психотерапией, перестаёт быть статистически значимой, ввиду общего снижения напряжённости ПВА в обеих группах.

В результате корреляционного анализа установлено, что аффективный, вегетативный и идеаторный компоненты патологического влечения к алкоголю на протяжении первых трёх визитов тесно и достоверно связаны между собой (r > 0,4; p < 0,05), причём по мере укрепления ремиссии (от 1-го к 3-му визиту) сила связи возрастает. При этом поведенческий компонент остаётся относительно независимым от трёх остальных (табл. 2).

Таблица 2

Динамика взаимной корреляции компонентов ПВА на протяжении первых трёх визитов

  1-й визит (1-й день) 2-й визит (10-й день) 3-й визит (30-й день)
Аффективный Вегетативный Идеаторный Поведенческий Аффективный Вегетативный Идеаторный Поведенческий Аффективный Вегетативный Идеаторный Поведенческий
Аффективный                  
Вегетативный 0,45     0,79     0,79    
Идеаторный –0,39 0,29   0,56 0,74   0,57 0,71  
Поведенческий 0,05 0,05 0,31 0,05 0,05 0,33 0,16 0,11 0,40

Примечание:
на протяжении второго месяца наблюдения проявления ПВА становятся слишком скудными для анализа.

На протяжении всего курса терапии ридазином у пациентов с зависимостью от алкоголя регистрировались показатели артериального давления и электрической активности сердца (табл. 3).

Таблица 3

Динамика средних значений показателей артериального давления и электрической активности сердца у пациентов с зависимостью от алкоголя на протяжении двухмесячной терапии ридазином

Параметр 1-й визит 2-й визит 3-й визит 4-й визит 5-й визит
Систолическое АД 136,47±1,01 136,53±0,98 134,97±0,99 135,63±1,07 134,20±1,07
Диастолическое АД 79,67±1,24 80,27±1,17 79,47±1,34 81,23±1,17 79,00±1,33
ЧСС, уд./мин. 73,01±0,61 74,03±0,63 74,52±0,68 76,04±0,72 72,97±0,60
Интервал RR, сек 0,83±0,01 0,82±0,01 0,81±0,01 0,80±0,01 0,83±0,01
Интервал QS, сек 0,08±0,00 0,08±0,00 0,08±0,00 0,08±0,00 0,08±0,00
Интервал PQ, сек 0,15±0,00 0,15±0,00 0,15±0,00 0,15±0,00 0,15±0,00
Интервал QT, сек 0,34±0,00 0,33±0,00 0,33±0,00 0,33±0,00 0,34±0,00
Сист. показатель, % 40,76±0,17 41,04±0,17 41,17±0,19 41,58±0,20 40,75±0,17

Установлено, что ридазин на протяжении двухмесячного курса лечения в суточной дозе 30 мг не вызывает у больных с зависимостью от алкоголя статистически достоверных изменений артериального давления и электрической активности сердца. Не выявлено никаких признаков нарушения регулярности сердечного ритма, проводимости, а также гипертрофии и/или повреждения миокарда.

Таким образом, в результате исследования установлено:

Литература

  1. Материалы Организации Объединенных Наций. Инвестиции в лечение наркомании: документ для обсуждения на уровне лиц, ответственных за разработку политики // Наркология. — 2005. — № 4. — С. 18–32.
  2. Свифт Р. Н. Лекарственная терапия алкогольной зависимости // Обзор современной психиатрии. — 2001. — Вып. 3. — С. 61–70.
  3. Крупицкий Е. М. Применение фармакологических средств для стабилизации ремиссий и профилактики рецидивов при алкоголизме: зарубежные исследования // Вопросы наркологии. — 2003. — № 1. — С. 51–60.
  4. Руководство по наркологии / Под ред. Н. Н. Иванца. — М.: Медпрактика-М, 2002. — Т. 2. — 504 с.
  5. Минко А. И., Линский И. В. Алкогольная болезнь. Новейший справочник. — М.: Эксмо, 2004. — 256 с.
  6. Ерышев О. Ф., Рыбакова Т. Г., Шабанов П. Д. Алкогольная зависимость: формирование, течение, противорецидивная терапия. — СПб: Элби-СПб, 2002. — 192 с.
  7. Марута Н. О., Мінко О. І. Емоційні порушення при пограничних психічних розладах та алкогольній залежності (діагностика та принципи лікування): Методичні рекомендації. — Харків, 2003. — 20 с.
  8. Вікторов О. П., Матвєєва О. В., Войтенко А. Г. та ін. Тіоридазин: проблеми безпечного медичного застосування // Новости медицины и фармации в Украине. — 2006. — № 6. — С. 7.
  9. Чередниченко Н. В., Альтшулер В. Б. Количественная оценка структуры и динамики патологического влечения к алкоголю у больных алкоголизмом // Вопросы наркологии. — 1992. — № 3–4. — С. 14–17.


© «Новости украинской психиатрии», 2007
Редакция сайта: editor@psychiatry.ua
ISSN 1990–5211