НОВОСТИ УКРАИНСКОЙ ПСИХИАТРИИ
Более 1000 полнотекстовых научных публикаций
Клиническая психиатрияНаркологияПсихофармакотерапияПсихотерапияСексологияСудебная психиатрияДетская психиатрияМедицинская психология

К ВОПРОСУ ОБ ИССЛЕДОВАТЕЛЬСКОЙ ПАРАДИГМЕ В СУИЦИДОЛОГИИ

Г. Я. Пилягина

* Публикуется по изданию:
Пилягина Г. Я. К вопросу об исследовательской парадигме в суицидологии // Материалы VII международной междисциплинарной конференции по биологической психиатрии «Стресс и поведение» (Москва, 26–28 февраля 2003 г.). — М., 2003. — С. 87–89.

«Из-за чудовищной сложности мозга мы вынуждены заниматься поиском моделей, парадигм или метафор…»

Г. Хакен, «Принципы работы головного мозга»

Данное сообщение — попытка теоретического осмысления существующих методологических подходов в клинической психиатрической (суицидологической) практике.

К «клиническим тезисам», которые, с нашей точки зрения, вводят клиническое мышление в тупик развития и стимулируют поиск иной исследовательской парадигмы, можно отнести абсолютизацию объективизированного гностицизма, когда любой психопатологический феномен можно объяснить с точки зрения нейробиологии и соответственно проконтролировать его путём биологического (преимущественно фармакологического) воздействия. В основе такого представления лежит некое условное понятие психической нормы, при котором гомеостатическое равновесие функционирования головного мозга, нервно-психической деятельности (НПД) принимается как некое устойчивое состояние, тогда как явления неустойчивости гомеостаза есть признак патологии НПД. Любые формы психической патологии расцениваются как вред, ущерб для человека и его психики, требующий обязательного и полного излечения. В связи с чем, цель психиатрического лечения — специфический социальный заказ (на уровне коллективного бессознательного), основанный на представлении об условной психической норме, когда социум требует «единых социальных стандартов» взаимного сосуществования, пренебрегающих индивидуальными личностными потребностями. Следствие подобных социально наведённых клинических установок — стремление в процессе и в результате терапии психической патологии к возвращению в «доболезненное состояние» в случае психогенных нарушений (в таких случаях НПД воспринимается клиницистами как некая внемременная категория), либо достижение «социальной необременительности» (фармакогенной личностной пассивности) в случаях эндогенной и органической патологии. Именно поэтому в психиатрии основным методом терапии является мощное неконтролируемое (с точки зрения обратимости–необратимости нейрохимических, нейрофизиологических, личностных изменений) фармакологическое воздействие на мозг. Жёсткое терапевтическое воздействие расценивается как клиницистами, так и больными как единственно возможный способ достижения гомеостатической устойчивости, несмотря на то, что такая «приобретённая» устойчивость сама по себе может носить патологический характер.

В основе такой клинической методологии лежит существующая ныне исследовательская парадигма психиатрии, основанная на принципе причинно-следственного детерминизма Лапласа, что в медицине в целом наиболее ярко выразилось в триаде Вирхова, в нейрофизиологии легло в основу теории рефлекторного ответа Спинозы, Мечникова, Павлова, а в психиатрии стало обоснованием для этиопатогенетической концепции Крепелина. Тем не менее, в последние десятилетия XX века в фундаментальных науках (физике, математике) всё большее значение приобретает изучение сложных диссипативных систем (открытых систем с меняющимся уровнем энтропии), к которым относятся и человек. Имеется в виду синергетика (Хакен, 1980, 1985, 2001) как новая исследовательская парадигма в фундаментальных науках и теория динамического хаоса как одна из основных теоретико-концептуальных основ синергетики (Пригожин, Стенгерс, 2000, 2001; Малинецкий, 2002).

Упоминание синергетики в контексте нашего сообщения связано именно с тем, что, благодаря этой исследовательской парадигме, в настоящий момент можно приблизиться к математическому описанию процессов в биологических системах, в частности в мозге (Хакен, 2001).

Основные принципы синергетики, которые применимы к описанию НПД:

Так как синергетика является междисциплинарной исследовательской парадигмой, языком математического описания самых разнообразных явлений, проникновение новой научной парадигмы в психиатрию позволит, с нашей точки зрения, выйти из того психофармакологического тупика, в котором находится сейчас психиатрия. В отношении к психопатологии НПД синергетическое описание соотносимо с эволюционными, адаптационистскими подходами в психиатрии и суицидологии (Нуллер, 1991; Самохвалов, 1993; Пилягина, 2000). И если рассматривать эволюцию как путь развития системы (включая онтогенетическое развитие человека), то синергетика — это способ понимания, описания (и семантического, и математического) эволюционных процессов. Поэтому можно говорить о возможности формулировки и применения в психиатрии (суицидологии) эволюционно-синергетической парадигмы (ЭСП), несмотря на то, что сейчас непосредственное математическое описание в рамках синергетического подхода имеет место только относительно регистрируемых биологических процессов, таких как ЭЭГ и ЭКГ.

К основным постулатам ЭСП можно отнести:

К сожалению, рамки данного сообщения позволяют остановиться лишь на принципиальных возможностях применения ЭСП в психиатрии и суицидологии. ЭСП позволяет рассматривать НПД и АП следующим образом:

  1. Управляющим параметром НПД является уровень интегральной функциональной активности мозга (ИФАМ), который отражает развёртывание патологического варианта адаптационного синдрома и ранг выраженности психической патологии (дезадаптационный — субклинический, невротический, психотический). Поэтому эффективное терапевтическое воздействие должно быть направлено не на отдельные психопатологические симптомы (переменные), а на управляющие параметры и параметры порядка. При АП это подразумевает, прежде всего, седативную терапию, направленную на ингибирование ИФАМ как управляющего параметра путём восполнения дефицита тормозных медиаторных систем. К параметрам порядка АП (НПД) ещё можно отнести: тип преодолевающего поведения, личностный радикал, степень психологической идентификации (зрелость эго-структур). Поэтому терапевтическое воздействие целесообразнее направить, например, на изменение механизмов вытеснения и регресса, а не на отдельные психопатологические симптомы.
  2. Переход ИФАМ на патологический уровень функционирования становится основой для нарушения естественных психологически адаптивных способов перехода от одного этапа онтогенетической эволюции к другому (например, сохранение после 20 лет выраженных инфантильных психологических установок в отсутствие клинически очерченных форм психопатологических нарушений). АП формируется исключительно при патологическом уровне ИФАМ, что необходимо учитывать при рассмотрении патогенетических механизмов всех форм АП, включая парасуицидальные и псевдосуицидальные (Пилягина, 2000).
  3. Нарушения в онтогенетической эволюции при переходах от одного этапа к другому на фоне патологического функционирования ИФАМ проявляются деструктивной поведенческой активностью как патологической формой самоорганизации НПД. Поэтому АП является, с одной стороны, закономерным проявлением патологической самоорганизации НПД на определённом этапе развития, а, с другой стороны, часто является способом бифуркационного (фазового) перехода, стимулирующего становление нового этапа развития («кризисное взросление») и формирование более устойчивого гомеостатического состояния путём аффективного отреагирования. В этом проявляется эволюционная целесообразность АП.
  4. При рассмотрении АП, как и НПД, целесообразно оценивать общий тренд развития (самоорганизации) системы (поведения) на основе целостного восприятия активности (усреднённых характеристик, учитывающих основные свойства системы), а не отдельных элементов системы (психопатологических симптомов). Это подтверждает абсурдность попыток абсолютистского описания психопатологических симптомов как отдельных элементов системы и придания им основных значений терапевтических критериев.
  5. Сложное хаотическое поведение детерминированной системы (например, АП) с неустойчивыми индивидуальными установками (траекториями движения) никак не зависит от неточности задания начальных условий, а определяется только свойствами самой системы. Следовательно, конкретные условия (суицидогенный конфликт) выполняет функцию исключительно триггера очередного фазового перехода и приводит в действие механизм неустойчивости.
  6. Кроме того, генератором неустойчивого состояния НПД является патологическое функционирование ИФАМ, что проявляется в виде активации экзистенциальной тревоги, фрустрации потребностей, активации деструктивных форм преодолевающего поведения и т. д. При этом АП — результирующее проявление общего тренда процесса патологической самоорганизации НПД. Это обусловливает малые горизонты прогнозирования поведения, включая суицидальный риск. Непредсказуемость поведения = неустойчивость НПД (на фоне патологического уровня функционирования ИФАМ) + неточность задания начальных условий (невозможность учёта всех многочисленных характеристик онтогенетической эволюции в реальном времени в сочетании с конкретной ситуацией) + мультистабильность (амбитендентность психологических установок, в том числе и суицидальная амбивалентность, характерная для неустойчивого состояния НПД) + фрактальность границ (патологическая искажённость мотивационных установок и межличностных коммуникаций в процессе информационного сжатия внешней и внутренней реальностей на фоне патологического уровня функционирования ИФАМ).
  7. Учитывая, что НПД есть самоорганизующаяся система, необратимо развивающаяся в реальном времени, в которой можно отследить лишь усреднённые тренды развития, терапевтическую тактику целесообразно строить по принципу: помочь, дать возможность НПД (конкретным формам поведения) самоорганизоваться наиболее адаптивным путём, а не жёсткими внешними вмешательствами (например, применением неадекватно завышенных доз психотропных средств при наличии АП) приводить НПД к «устойчивому патологическому равновесию».

Попытка использования языка синергетики в отношении к НПД и, в частности к АП, есть не просто надуманное желание дать новые названия известным понятиям, а неизбежное следствие описания известных явлений в иной семантической парадигме. Внедрение обоснованного фундаментальными науками математического языка синергетики в конвенционально-описательную парадигму классической психиатрии, на наш взгляд, даст возможность расширить горизонты понимания такого сложного явления как патология психики и поведения.

Литература

  1. Самохвалов В. П. Эволюционная психиатрия (история души и эволюция безумия). — Симферополь: Движение, 1993. — 328 с.
  2. Хакен Г. Принципы работы головного мозга. — М.: PerSe, 2001. — 351 с.
  3. Пилягина Г. Я. К вопросу о клинико-патогенетической типологии аутоагрессивного поведения // Таврический журнал психиатрии. — 2000. — Т. 4, № 1. — С. 22–24.

Адрес для переписки:
pilyagin@visti.com


© «Новости украинской психиатрии», 2008
Редакция сайта: editor@psychiatry.ua
ISSN 1990–5211