НОВОСТИ УКРАИНСКОЙ ПСИХИАТРИИ
Более 1000 полнотекстовых научных публикаций
Клиническая психиатрияНаркологияПсихофармакотерапияПсихотерапияСексологияСудебная психиатрияДетская психиатрияМедицинская психология

ПРОФЕССОР КАРЛ ТЕОДОР ЯСПЕРС — ВЫДАЮЩИЙСЯ УЧЁНЫЙ, ПСИХИАТР, ПСИХОЛОГ И ФИЛОСОФ СОВРЕМЕННОЙ ЭПОХИ (К 125-ЛЕТИЮ СО ДНЯ РОЖДЕНИЯ)

П. Т. Петрюк

* Публикуется по изданию:
Петрюк П. Т. Профессор Карл Теодор Ясперс — выдающийся учёный, психиатр, психолог и философ современной эпохи (к 125-летию со дня рождения) // Психічне здоров’я. — 2008. — № 3–4. — С. 137–142.

Человек рожден для великих дел, когда у него хватает силы побеждать себя самого.

Ж. Массильон

Карл Теодор Ясперс (Jaspers) (1883–1969) — выдающейся немецкий учёный, психиатр, психолог, психопатолог, философ, культуролог, специалист в области клинической психологии, философии психологии и теоретической психологии, который внёс большой вклад в изучение вопросов психопатологии, патографии, психологии, философии экзистенциализма, являясь одним из создателей этого направления философии, кризиса традиционного либерально-индивидуалистического гуманизма и вместе с тем — попытки осмысления этого кризиса и осознания невозможности выхода из него. Давая оценку научному вкладу учёного в мировую науку, Ю. С. Савенко справедливо подчёркивает, что Карл Ясперс — это не только преобразователь психиатрии, придавший ей парадигматически до сих пор самый современный вид; это не только создатель нового типа философствования, широко раздвинувшего философский горизонт обращением к самым сокровенным переживаниям и отношениям между людьми в «пограничных ситуациях» смерти, страдания, неудачи; это человек, который вопреки болезни и физической слабости показал пример стойкости духа, который достойно жил даже в условиях постоянно возраставшей в течение 12 лет нацизма опасности и полного бессилия; это человек, который никогда не уклонялся от ясного ответа на самые жгучие вопросы современности, решительно не приемля рабского духа тоталитарного общества [1–4].

Карл Теодор Ясперс родился 23 февраля 1883 года в Ольденбурге вблизи Балтийского побережья (Германия). Его отец (1850–1940), происходивший из семьи потомственных купцов и крестьян, был юристом, а в последствии — руководителем банка, которым руководил умно, основательно и с верностью долгу, депутатом ландтага и в течение многих лет бургомистром Ольденбурга. Он воспитывал сына в духе разума и верности на своём примере и советами в решительный момент. Его мать (1862–1941) происходила из живущего с незапамятных времен в Бутадингене крестьянского рода, которая осветила, как сам писал К. Ясперс, его детство и детство его братьев и сестёр, а также всю дальнейшую их жизнь своей бесконечной любовью, она воодушевила всех их своим темпераментом, разумом и мудростью [2, 5]. Очень большое влияние на воспитание молодого К. Ясперса имел его отец, которому он в последующем и посвятил свою знаменитую книгу «Общая психопатология» (1913).

Жизнь и творчество К. Ясперса с ранней юности во многом определила неизлечимая бронхоэктатическая болезнь, часто осложнявшаяся сердечной недостаточностью, болезнь, — как он вычитал у Рудольфа Вирхова, — обрекающая на смерть от интоксикации не позднее, чем на третьем десятке жизни. «Вся моя жизнь была омрачена нездоровьем… Так мне пришлось учиться устраивать жизнь под влиянием этой болезни… Работать надо было в меру; если я хотел жить, то необходимо было избегать всего нарушающего распорядок дня». «По натуре я был замкнутым. С людьми я сходился с трудом. Ещё со школьных лет, вопреки нескольким знакомствам, я страдал от одиночества». Тогда его окрылило чтение трудов Б. Спинозы [1, 2, 5].

К. Ясперс окончил классическую гимназию и поступил в Гейдельбергский университет на юридический факультет. Однако, проучившись три семестра, он перешёл на медицинский факультет, который окончил в 1908 году, а затем получил степень доктора медицины за диссертацию «Ностальгия и преступление» (1909). Кроме этого, в это же время медицинское образование К. Ясперс получил ещё и в университетах Берлина и Гёттингена (1902–1908). Окончив медицинский факультет и получив профессию врача-психиатра, К. Ясперс с 1908 по 1915 годы работал научным ассистентом в психиатрической и неврологической клинике в Гейдельберге. Здесь он написал свою первую большую работу «Общая психопатология» (1913), которую защитил в качестве диссертации, и получил степень доктора психологии. С 1916 года он стал профессором психологии в Гейдельбергском университете. В 1919 году К. Ясперс издал плод своего многолетнего труда — «Психологию мировоззрений», которая сделала её автора широко известным. В это время К. Ясперс отказывается от психологии, как от обобщающего научного построения, и говорит о необходимости создания философии нового типа — философии экзистенции. Два года спустя, т. е. с 1921 года, К. Ясперс становится ординарным профессором философии в Гейдельбергском университете. В этом же году он публикует свою речь памяти Макса Вебера, в 1923 году — «Идеи университета», а в 1931–1932 годах — «Духовную ситуацию времени» и трёхтомную «Философию», которая сделала его одним из ведущих философов Германии. Но с 1933 года с приходом к власти нацистов национал-социалистические власти лишили К. Ясперса права принимать участие в управлении университетом, в 1937 году — права преподавать и увольняют в отставку как политически неблагонадёжного, а в 1938 году — лишают права издавать в Германии свои работы. К. Ясперс остался в Гейдельберге и много времени посвятил изучению Библии и научной работе. Но основным, как он отмечает в своей «Философской автобиографии», в то время для него была потеря конституционных прав в собственной стране. Все эти годы он с женой чувствовал постоянную угрозу для жизни, не имея возможности защититься от неё. К счастью, за две недели до уже назначенной отправки их в лагерь, город Гейдельберг освободили американцы. К. Ясперс по этому поводу писал: «Я себя чувствовал, как в сказке — ведь в одну ночь произошёл такой переворот, когда я на здании ратуши читал первые распоряжения и находил в них впервые почтенный европейский тон…» [2, 5, 6, 7].

Выстоять в условиях нацизма К. Ясперсу помогала интенсивная работа. Он публикует «Разум и экзистенция» (1935), «Ницше» (1936), «Декарт и философия» (1937), «Экзистенциальная философия» (1938), а затем работает над грандиозной «Философской логикой». В 1941 году Ф. Шпрингер предложил ему переработать «Общую психопатологию», но работа над четвёртым изданием, законченная в 1942 году, смогла появиться в свет только в 1946 году.

В годы нацизма большинство немцев опьянялось силой и властью III Рейха, господствующим положением среди других народов. Небольшое меньшинство, к которому принадлежал и К. Ясперс, чувствовало себя в изоляции, переживая «будничный ужас существования». С тем большей остротой переживалось К. Ясперсом понятие немецкого. «Что же такое немецкое? Кто же немец? Когда моя жена — немецкая еврейка, которая была предана Германией, той самой Германией, которую она, вероятно, любила больше, чем я сам, упрекнула меня за это, я ей ответил в 1933 году: «Подумай, ведь Германия — это Я!» [5].

Не держава как таковая, но держава на службе нравственно-политической идеи — вот каков был идеал Макса Вебера и К. Ясперса. Быть в первую очередь Человеком и лишь затем принадлежать по рождению к какому-то народу — это казалось ему самым основным. Высшей инстанцией могла бы стать солидарность всех государств. Принцип невмешательства во внутренние дела государства — это прикрытие для того, чтобы попустительствовать несправедливости. Эти мысли были вызваны Конкордатом Ватикана с Гитлером (1933) и Олимпиадой в Берлине (1936), которые создали прецедент международного признания нацистской Германии.

В 1945 году К. Ясперс был восстановлен на своей должности и погружается в дела университета, но отказывается от поста министра культуры. Он много выступает на самые животрепещущие темы, как политический философ, осмысляя жестокий опыт нацизма, который всё изменил. Лекции об этом составили «Вопрос о вине» (1946). Тяжёлая коллизия возникает, когда от него зависит судьба М. Хайдеггера, с которым его связывали дружеские отношения, оборвавшиеся сотрудничеством М. Хайдеггера с нацистами. Ничего не скрывая от комиссии по политической чистке, К. Ясперс в 1945 году сделал всё, чтобы М. Хайдеггеру разрешили печататься, а в 1949 году — чтобы он вернулся к преподаванию в университете. Их переписка продолжалась до 1963 года. Философская публицистика К. Ясперса этих лет с её главной темой — как спасти человечество от тоталитаризма как главной опасности, сделала его одним из духовных лидеров Германии, и наряду с творчеством Генриха Бёлля вернула доверие к немецкому народу. Между тем, в восточной зоне оккупации запретили его работу «Идеи университета», переизданную в 1946 году, а коллеге, которого он похвалил, это повредило [5, 6].

С 1949 года К. Ясперс — профессор философии Базельского университета (Швейцария). В послевоенные годы К. Ясперс, как один из духовных лидеров Германии, обращался к соотечественникам не только в своих книгах и статьях, но и в выступлениях по радио. Его главная мысль — как спасти человечество от тоталитаризма, ввергающего людей в кровавые революции и истребительные войны [8]. Один путь — обращение к гуманистическим традициям — к Г. Э. Лессингу, И. В. Гёте, И. Канту; другой — более серьёзный, более надёжный путь для всех, кто утратил непосредственную жизнь в традиционной её форме и пробудился к автономии, к духовной самостоятельности, — обретение философской веры. «Наше будущее и Гёте» (1947), «Разум и антиразум в нашу эпоху» (1950), «Об условиях и возможностях нового гуманизма» (1962) — это работы, в которых философ обращается к ценностям старой бюргерской культуры в Германии, пытаясь их обновить и отчасти ограничить, «привив» к ним опыт «кризисного сознания» С. Кьеркегора и Ф. Ницше, но в то же время сохранив их непреходящую правду.

Медицинские труды К. Ясперса, как уже частично отмечено выше, посвящены преимущественно проблемам общей психопатологии: различию между психопатологическим процессом (психическим заболеванием) и патологическим развитием личности, изучению интеллекта и деменции, анализу обманов восприятия, феноменологическому направлению исследования в психиатрии и другим вопросам.

После 1915 года К. Ясперс отошёл от активных исследований в области психиатрии, посвятив ряд работ проблематике патографии (подвергнул психопатологическому анализу эволюцию ряда выдающихся личностей — в 1920 году А. Ю. Стриндберга и В. Ван Гога в сопоставлении с Э. Сведенборгом и Ф. Гельдерлином, а в 1936 году Ф. Ницше) и философии. Наряду с этим неоднократно переиздавал, перерабатывал и расширял «Общую психопатологию» (вплоть до 1959 года), которая пользовалась большой популярностью и стала своего рода психопатологической энциклопедией. В этой книге К. Ясперс на основе анализа переживаний психически больных предложил пересмотр и уточнение понятий, применяемых в психиатрии; противопоставлял психопатологии как научной дисциплине психиатрию — дисциплину прикладную. К. Ясперсу удалось в этом труде интегрировать большое число психопатологических исследований и с помощью чёткой терминологии отграничить и описать отдельные феномены душевной жизни психически больных людей. Помимо методологической направленности, книга содержала ряд ценных клинических разработок. Например, была предложена триада критериев реактивных состояний: 1) реактивное состояние вызывается психической травмой; 2) психогенно-травмирующая ситуация отражается в клинической картине заболевания, в содержании его симптомов; 3) реактивное состояние прекращается с исчезновением вызвавшей его причины. Эти критерии не утратили своего значения и в настоящее время, однако дальнейшие наблюдения показали некоторую их относительность и условность. Так, была установлена возможность отставленного возникновения реактивных состояний (П. Б. Ганнушкин, 1933; Е. А. Шевалёв, 1935). Психологически понятные связи между содержанием психопатологической симптоматики и предшествующей психогенией возможны и при других, в частности при процессуальных, психических расстройствах (В. А. Гиляровский, 1914; П. Б. Ганнушкин, 1933; А. Н. Бунеев, 1940). Реактивные состояния не всегда полностью обратимы, а в ряде случаев реактивный психоз отрывается от породившей его травмы, и ликвидация травмы не всегда влияет на исход заболевания (И. Н. Введенский, 1926; Е. К. Краснушкин, 1928; Н. И. Фелинская, 1963; Н. В. Канторович, 1967) [9].

Кроме этого, К. Ясперсом было предложено понятие психического процесса — это форма течения психических расстройств, характеризующаяся прогредиентностью и образованием психического дефекта. Психопатологические расстройства не вытекают из особенностей личности больного, не являются их развитием. Это качественно новые явления, совершенно изменяющие психический склад больного. Примером психического процесса могут служить шизофрения, ряд эндогенно-органических, особенно атрофических, психозов.

Выделена триада признаков бреда: 1) субъективная уверенность в реалистичности болезненных переживаний; 2) невозможность корригировать высказывания больного; 3) несоответствие бредовых переживаний действительности [9].

Клинически реалистичным было также понимание «делирия» как распадающегося сознания, включающего: распад целостности; «дробление функциональных комплексов»; диссоциацию нормальных порядков, обусловливающую «мерцающий» характер переживаний. Большую ценность представляет описание психопатологического феномена «Leibgefühle» («телесное ощущение»), которое легло в основу многих разработок последних лет по соматизированным и соматоформным расстройствам. Введённое К. Ясперсом понятие «психопатические реакции» вошло во многие позднейшие клинические концепции. В ещё большей мере это относится к его клиническим разработкам фазовых состояний, описываемых не только при маниакально-депрессивном психозе, но и вне его рамок, и дифференцируемых с «шубами», приступами и периодами. Предложенная К. Ясперсом классификация влечений также явилась основой для последующих клинических исследований. Она включала: 1) чувственно-соматические влечения — секс, голод, жажда и т. п.; 2) жизненные влечения: а) существование, желание действия, стремление к самоутверждению, мужество, страх и др.; б) витально-психологические — родительская забота, желание путешествовать и др.; в) витально-творческие — стремление к изображению, к усиленной работе, труду и т. п.; 3) духовные [10, 11].

Здесь нельзя не упомянуть выдающуюся роль Н. П. Бруханского, впервые полноценно познакомившего отечественного читателя в 1934 году с третьим изданием «Общей психопатологии» (1923) в 60-страничном реферате, фактически тезисном переводе, и его собственное оригинальное феноменологическое направление, центрировавшее основную идею К. Ясперса (развитие–процесс), но прерванное, к сожалению, арестом и гибелью автора. Поэтому кощунственно было писать, что оно «не получило признания» [9].

Профессор Т. Б. Дмитриева (1997) уместно подчёркивает, что методологическую базу работы составили метод дескриптивной психологии (феноменология) Э. Гуссерля и «описательная и расчленяющая психология». Такой подход дал возможность доступно и чётко описать психические нарушения. Как говорил сам К. Ясперс, «не только галлюцинации, но и бред можно записать со слов больных с такой достоверностью, что их можно наверняка отличить от других форм». Следует особо подчеркнуть, что актуальность «Общей психопатологии» К. Ясперса подтверждается и тем, что в основу современных классификаций психических и поведенческих расстройств (как МКБ-10, так и DSM-IV) положен феноменологический принцип [12].

Для нас также поучительна подробная критика К. Ясперсом психоанализа. Относясь с безусловным уважением лично к З. Фрейду, как к личности и к учёному, и признавая ряд важных вкладов его теорий, К. Ясперс считал психоаналитическое направление исследований непродуктивной вульгаризацией идей А. Шопенгауэра и Ф. Ницше, не имеющей отношения к науке, «порождением мифотворческих фантазий», а само движение — «сектантским». Это «популярная психология», позволяющая обывателю легко объяснить что угодно. Фрейдизм для него, так же как и марксизм, — суррогаты веры. «Психоанализ несёт значительную долю ответственности за общее снижение духовного уровня современной психопатологии» [1].

С 1912 года, наряду с изучением методологии психиатрии, К. Ясперс всё большее внимание стал уделять феноменологическому подходу. Он утверждал, что любая рационалистически выстроенная картина мира есть ни что иное, как иносказательная интеллектуальная интерпретация скрытых душевных стремлений творчески мыслящего индивида.

Место К. Ясперса в истории мысли двойственно. Его исходный идеал — «бюргерский» гуманизм; идею интеллектуальной честности для него символизирует имя И. Канта, идею культурной широты — имя И. В. Гёте. С этой установкой, резко отличающей его от М. Хайдеггера, связаны и преклонение К. Ясперса перед гражданским и умственным свободолюбием античной Греции, и его симпатии к Б. Спинозе, и его выпады против клерикализма. Однако важнейшее интеллектуальное переживание К. Ясперса в начале его философского пути — ощущение кризиса «бюргерской» культурной традиции. Несмотря на антипатию к «мрачному фанатизму» С. Кьеркегора и к «экстремизму и неистовству» Ф. Ницше, К. Ясперс испытал влияние их идей. Свой труд мыслителя он называл не «философией», а «философствованием», делая акцент на незавершённости, открытости умственного процесса, в котором вопросы преобладают над ответами. По мнению К. Ясперса, наше время, уже не обладающее духовной мощью, позволявшей Платону, Б. Спинозе или Г. В. Ф. Гегелю выводить стройные системы «из истока», вынуждено довольствоваться фрагментарными прозрениями; но, с другой стороны, только в «философствовании» К. Ясперс видит возможность постижения реальности человека кризисной эпохи [7].

Бытие в этих условиях оказывается «зашифрованным» и предполагает обязательное истолкование. Задача философии у К. Ясперса — вскрыть то обстоятельство, что в основании всех ипостасей сознательной деятельности людей лежит неосознаваемое творчество «экзистенции», т. е. бытия особого плана, человеческой самости, внеположенной предметному миру (А. А. Грицанов). При этом «бытие» в концепции К. Ясперса имеет троякое членение: 1) предметное бытие, или «бытие-в-мире»; 2) экзистенция, т. е. необъективируемая человеческая самость; 3) трансценденция как «объемлющее» — непостижимый предел всякого бытия и мышления. Мышление перед лицом «бытие-в-мире» есть «ориентация-в-мире»; мышление перед лицом экзистенции — «высветление экзистенции»; мышление перед лицом трансценденции — «метафизика» (учение о сверхчувственных основах и принципах бытия), выражающая свой невыразимый предмет при посредстве «шифров». К. Ясперс избегает понятия символа, связывая его с отвергаемой им традиционно-религиозной практикой опредмечивания трансценденции (С. С. Аверинцев). Теологии он противопоставляет идею «философской веры», утверждая, что «вера мыслящего человека всегда отличается тем, что она существует только в союзе со знанием. Она хочет знать то, что познаваемо, и понять самое себя».

Экзистенциальная философия К. Ясперса сразу привлекла к себе внимание манерой изложения, формой свободного размышления, лишённой стремления вывести всё содержание из единого общего принципа. В дальнейших работах К. Ясперс сформулировал тему своей философии — человек и история, как изначальное измерение человеческого бытия. Он развивает тему общения или коммуникации. Так как экзистенция не существует вне коммуникации, то, следовательно, в этой коммуникации обретается свобода, ибо экзистенция и свобода тождественны.

«Философская вера» (1938), по К. Ясперсу, — продукт размышлений, а не откровения. Способность философствования присуща любому человеку и имеет целью достижение истинной «коммуникации», т. е. реальной возможности быть услышанным и высказаться самому (в процессе личного общения «в» и «по поводу» истины). Общение людей — атрибут бытия человека и К. Ясперс возводит «коммуникацию» в ранг критерия философской истины и отождествляет с разумом («Разум и экзистенция», 1935).

Развивая свои представления о «пограничных ситуациях», К. Ясперс пришёл к выводу, что исконный смысл бытия раскрывается человеку лишь в моменты кардинальнейших потрясений (размышления о смерти, страдания, болезнь и т. п.). Тогда человек сознаёт роль случая в своей жизни, а также то, насколько его жизнь не принадлежит ему самому, будучи несобственной. Это и есть «пограничная ситуация случая». По К. Ясперсу, даже «смерть как объективный фактор бытия ещё не есть пограничная ситуация»: важен факт осознания такой возможности, факт ощущения хрупкости, конечности существования индивида. Именно в эти моменты осуществляется «крушение шифра». Для человека актуализируется мир его интимного начала (происходит «озарение экзистенции») и его истинное переживание Бога (трансцендентного) («Философия», т. 1–3, 1931–1932). Свой философский подход К. Ясперс реализовал в антропологическом направлении экзистенциализма, трактуя психоз как результат краха привычного состояния человека. Психическая патология, по его определению, — самовыражение патологического бытия. В соответствии с этим, например, бред у больных шизофренией представляет собой самовыражение шизофренического бытия.

Особый интерес представляют взгляды К. Ясперса на сущность сознания. Он различает два вида сознания: бодрственное и рефлектирующее. Бодрственное сознание отражает окружающий мир, а рефлектирующее — восприятие этого мира человеком. Синдром деперсонализации, например, не патопсихологический синдром, а проявление рефлектирующего сознания, следовательно, не признак душевного заболевания, а высший уровень сознания, определяемый духовным миром человека. По справедливому замечанию Б. В. Зейгарник (1982), эти взгляды, в конечном итоге, привели к учению антипсихиатрии. Тем не менее, термины и постулаты экзистенциальной философии К. Ясперса используются при групповой психотерапии, получившей распространение в США и в других странах как «групповой экзистенциальный анализ», экзистенциальная («гуманистическая») психотерапия и другие [13, 14].

Политико-нравственные поиски К. Ясперса объективировались в его исследованиях «немецкой вины» («Вопрос о вине», 1946), культурно-психологической значимости «холодной войны» («Атомная бомба и будущее человечества», 1958), угрозы авторитарных тенденций в ФРГ («Куда движется ФРГ?», 1967). В целом, по К. Ясперсу, особая роль философствования и сопряжённой с ним философской верой в XX веке состоит в том, чтобы противостоять псевдорационалистическим утопиям, постулирующим возможность насильственного создания рая на земле, но на практике разрушающим культуру и ввергающим людей в ужас братоубийственных войн. Между наукой и философией, по К. Ясперсу, недопустимо взаимное инфицирование, но их нельзя и жёстко изолировать друг от друга. Сферы философии и науки не антиномичны (не противоречивы), хотя и не тождественны. Наука представляет философии потенциальные пути познания, точные результаты исследования, делая философию зрячей. Философия придаёт системе наук внутренне связующий их смысл. Философия, согласно К. Ясперсу, разрушает постоянно культивируемый наукой догматизм и амбициозные претензии (А. А. Грицанов) [2].

Среди основных работ К. Ясперса — «Общая психопатология» (Allgemeine Psychopathologie), 1913; «Психология мировоззрения» (Psychologie der Weltanschauungen), 1919; «Философия» (Philosophie, 3 Bd.), 1932; «Об истине» (Von der Wahrheit), 1947; «Проблема немецкой вины» (Die Schuldfrage Ein Beitrag zur Deutschen Frage), 1946; «Великие философы» (Die grossen Philosophen, Bd. 1), 1957; «Философская вера и откровение» (Der philosophische Glaube angesichts der Offenbarung), 1962; «Атомная бомба и будущее человечества» (Die Atombombe und die Zukunft des Menschen), 1958; «Шифры трансценденции» (Chiffren der Transzendenz), 1970; сборник работ в русском переводе: «Смысл и назначение истории» (1991) и другие.

Необходимо отметить большую работу Независимой психиатрической ассоциации России по изучению и популяризации научного наследия К. Ясперса — это перевод и издание таких работ, как «Общая психопатология» (1997), «Бред ревности. Очерк к вопросу «развитие личности» или «процесс»?» (1996), «Философская автобиография» (1993), а также принципиально важные работы Осборна Виггинса и Майкла Шварца «Влияние Эдмунда Гуссерля на феноменологию Карла Ясперса» и работы Альфреда Крауса (1997, 1998). То, что теперь в распоряжении молодого поколения коллег «Общая психопатология» (М., 1997), 2-томное собрание сочинений по психопатологии (М.–СПб, 1996) и патографии («Стриндберг и Ван Гог» — СПб, 1999), невозможно переоценить. Книги К. Ясперса не просто учат, они воспитывают и вдохновляют. А его «Философская автобиография», изданная ещё и Уральской философской школой в другом переводе (1997), написанная в удивительно располагающем светлом ключе, может служить поддержкой в профессиональной и личной жизни. Работы К. Ясперса неизбежно будут востребованы. В 1993 году НПА России провела в Кёльне в рамках регионального симпозиума Всемирной психиатрической ассоциации совместный российско-германский симпозиум, на котором сформулировала в качестве своего кредо лозунг: «Назад к Ясперсу!» [1, 15].

В 1961 году учёный отказался от преподавания и посвятил себя науке и публицистике. Умер Ясперс в Базеле 26 февраля 1969 года.

Таким образом, профессор Карл Ясперс внёс большой вклад в золотой фонд мировой науки. Его высокая принципиальность как гражданина и учёного, врача и философа, широта научных интересов и оригинальность мышления, непоколебимая воля и порядочность, настойчивость в работе и высокий гуманизм являются наилучшим примером для молодёжи, которая посвятила себя науке. Безусловно, творческая биография и научное наследие Карла Ясперса имеют большой интерес как для истории отечественной, так и мировой науки и нуждаются в дальнейшем тщательном исследовании.

Литература

  1. Савенко Ю. С. 120-летие Карла Ясперса (1883–1969). 90-летие «Общей психопатологии» (1913). Уроки Ясперса [Электронный ресурс] // Независимый психиатрический журнал. — 2003. — № 3. — Режим доступа: http://www.npar.ru/journal/2003/3/jaspers.htm.
  2. Гайденко П. П. Человек и история в экзистенциальной философии Карла Ясперса // Ясперс К. Смысл и назначение истории / Пер. с нем. — М.: Политиздат, 1991. — С. 5–26.
  3. Ясперс Карл [Электронный ресурс] // Энциклопедия «Кругосвет». — Режим доступа: http://www.krugosvet.ru/articles/08/1000841/a1.htm.
  4. Ясперс Карл // 100 великих психологов / Авт.-сост. В. Яровицкий. — М.: Вече, 2004. — С. 424–427.
  5. Jaspers K. Philosophische Autobiographie // Jaspers K. / Hrsg. Von P. A. Schilpp. — Stuttgart, 1957. — S. 1–80.
  6. Ясперс К. / Пер. с нем. Г. Лещинского — М.: Независимая психиатрическая ассоциация, 1995. — 128 с.
  7. Аверинцев С. С. Ясперс Карл // Философский энциклопедический словарь / Гл. ред. Л. Ф. Ильичёв, П. Н. Федосеев, С. М. Ковалёв, В. Г. Панов. — М.: Советская энциклопедия, 1983. — С. 818–819.
  8. Массовые убийства не могут быть оправданы за давностью: Беседы К. Ясперса с Р. Аугштейном (журнал «Шпигель», 1965 г.) // Независимый психиатрический журнал. — 2005. — № 1. — С. 69–73.
  9. Блейхер В. М., Крук И. В. Толковый словарь психиатрических терминов / Под ред. С. Н. Бокова: В 2 т. — Ростов-на-Дону: Феникс, 1996. — Т. 2. — С. 434–435.
  10. Ясперс К. Общая психопатология / Пер. с нем. Л. О. Акопяна. — М.: Практика, 1997. — 1056 с.
  11. Kolle K. Karl Jaspers als psychopathologe // Jaspers K. / Hrsg. Von P. A. Schilpp. — Stuttgart, 1957. — S. 436–463.
  12. Дмитриева Т. Б. Предисловие к русскому изданию // Ясперс К. Общая психопатология / Пер. с нем. Л. О. Акопяна. — М.: Практика, 1997. — С. 3–4.
  13. Психотерапия: Учебник для врачей-интернов высших медицинских учебных заведений III–IV уровней аккредитации / Б. В. Михайлов, С. И. Табачников, И. С. Витенко, В. В. Чугунов. — Харьков: Око, 2002. — С. 264–329.
  14. Психотерапевтическая энциклопедия. — 2-е изд., доп. и перераб. / Под ред. Б. Д. Карвасарского. — СПб: Питер, 2000. — С. 978–979.
  15. На симпозиуме WPA в Кёльне // Независимый психиатрический журнал. — 1994. — № 1. — С. 33–34.


© «Новости украинской психиатрии», 2009
Редакция сайта: editor@psychiatry.ua
ISSN 1990–5211